Какой бы мы красивой были парой

«Какой бы мы красивой были парой, мой милый, если б не было войны», – поет Валентина Толкунова, и весь зал рыдает. И я тоже рыдаю вместе с залом, уж больно песня душевная. Хотя как психолог прекрасно знаю, что ни хрена бы они не были красивой парой, с чего бы вдруг? Он бы стал алкоголиком, а она – созависимой. Он бы гонял ее по пьянке в поисках пятого угла, а она бы наутро опохмеляла его рассолом. А разговоры про «если бы» – это из серии «если бы у бабушки был член, она была бы дедушкой».

Утопические рассказы о том, какой бы они были прекрасной парой, я слышу каждый день от клиентов. Эти фантазии зиждутся на незрелых установках и невежестве в области психологии развития. А подкрепляются нашей массовой культурой, которая любит упрощенные ответы и примитивные ходы. Моя работа – снимать розовые очки и подтирать розовые сопли. Например, клиентка глючит:

- Он необыкновенный человек! И знакомые все говорят, и соседи, какая мы прекрасная пара. Если бы он только не пил…

- То тогда бы что изменилось?

- Да нет, вы не подумайте, он редко выпивает, примерно раз в месяц…

- И?..

- Он охотник, у него в сейфе ружье… Мы живем за городом, в своем доме, два этажа, если не считать цокольного… В общем, ему нравится стрелять, он так расслабляется… Да ничего страшного, что вы делаете такие глаза? Я давно уже научилась уворачиваться, сами видите, жива…

Она права, действительно, пока жива: бледное лицо, глаза загнанной серны или кого там еще. Про себя думаю: беги уже без оглядки, в чем есть, меняй имя, паспорт и внешность, пластическую операцию сделай, что ли, чтобы скрыться и следы замести. Но нам, психотерапевтам, нельзя давать советы, это бы означало, что я беру ответственность за ее жизнь на себя, то есть, по-простому, сажаю ее себе на шею, а надо, чтобы она сама стала независимой и самодостаточной личностью. Поэтому спрашиваю дальше:

- И чего хотите от нашей с вами работы?

- Ой, сделайте так, чтобы он не пил, мы бы тогда так зажили.

Понятно. Ну, конечно же, «сделайте так, чтобы он», не самой же меняться, в самом деле! Не знаю, чем дело кончилось, больше не приходила, может, не увернулась.

Другая тоже талдычит про то, какая они невзъ.бенная пара:

- У нас столько общего!

- И что вас больше всего объединяет?

- Ну, например, мы оба очень любим деньги!

У нее под глазом фингал, а рука в гипсе – любимый привез ее на сеанс психотерапии на ее БМВ из больницы, в которую она попала после очередных семейных разборок. Пришепетывая из-за распухшей губы (зуба тоже не хватает), она разливается соловьем про их совместные перспективы – она взяла кредит под его бизнес, у него такой потенциал, и его раскрытию она готова посвятить жизнь. Когда выйдет из больницы, конечно.

- За что избил? 

- Не обращайте внимания, это за то, что я зарабатываю больше него.

- Как к этому относитесь? 

- Он прав, он же мужчина, значит, всегда должен быть главнее! Вы разве не согласны?

Да мне-то что, каждый др.чит, как он хочет. Моя задача – отзеркалить стратегии, проговорить варианты: есть ваши перспективы, есть здоровый путь; наше дело предложить, ваше дело – отказаться.

Вот еще одна красивая пара. Тридцатилетняя женщина, мать двоих детей, рыдает, что ее мужа и кормильца посадили в КПЗ:

- Он всегда был немножко несдержан, характер такой, что поделать…

- И?..

- Избил охранника на парковке, а потом двух милиционеров, которые прибежали на помощь… Но с ним же так нельзя, он такой нервный.

- А как с ним можно?

- Ой, сама не знаю, с ним так тяжело!

- И что вас рядом с ним удерживает?

- Мы так хорошо смотримся вместе! Вы бы видели, какие глаза были у всех, когда я музицировала на белом рояле в холле отеля в Европе! У меня было глубокое декольте, а он рядом стоял с бокалом шампанского! Если б только не его слабые нервы!

У меня явно профессиональная деформация. Когда слышу от клиента про его «счастливое детство» – для меня это означает, что он пережил травму насилия в тяжелой форме. Когда говорят про «отличные отношения с мамой» – сразу вспоминаю анекдот о двух психоаналитиках. Один другому рассказывает: «Прикинь, оговорочка любопытная вышла: хотел поблагодарить маму за кофе, а вышло: «Чтоб ты сдохла, старая сука!» Наконец, если супруги начинают рассказ со слов: «Все считают нас красивой и благополучной парой» – диагноз тяжелый и необратимый: созависимость. Здоровую пару никому в голову не придет назвать красивой. Да им оно и не надо, живут себе душа в душу, каждый делает свое дело, радуясь за другого, имидж – ничто, жажда – все.

Но здоровые отношения – это скучно и не эстетично, а главное – нет того накала страстей, который нужен, чтобы чувствовать себя живыми. То ли дело: он расставил жучки по всему дому, включая туалет, чтобы, если жена вдруг соберется уйти, иметь вещественные доказательства, что она невменяемая. Зачем? Она с гордостью разъясняет:

- Собирает компромат для комиссии по делам несовершеннолетних, чтобы отобрать ребенка!

- А настоящая цель?

- Удержать меня!

- И что вы чувствуете?

- Что он меня любит! Документы мои спрятал, страницу взломал и прочел всю переписку, вещи мои изорвал! А так про нас ничего такого не скажешь, все думают, что у нас все в порядке!

Вот это – да, вот это настоящее! Кому из этих двоих дорога в психушку – еще спорный вопрос, а пока что обоих все устраивает – сор из избы не выносят, борются за имидж, чтобы в глазах родственников и соседей оставаться прекрасной парой.

Где же выход? Любимый путь человечества – найти крайнего. Первым война помешала, вторым – водка, третьим – имущественное неравенство, четвертым – характер, пятым – нечеловеческая любовь, отягощенная ревностью. Путь столь же распространенный, сколь и тупиковый. Зато наполняющий жизнь смыслом и структурирующий время. И самое главное – воспетый в песнях. Про тех же, кому в этом что-то не подходит, поэт сказал:

А вы на земле проживете,

Как черви слепые живут:

Ни сказок про вас не расскажут,

Ни песен про вас не споют!

психолог, писатель
Раздел: Любовная зависимость